5 января 1951 года: взрыв на пятом этаже

В пятницу, 5 января 1951 года, в начале девятого утра жильцы дома 14 по авеню Пуэмиро услышали сильный взрыв на пятом этаже. Он раздался в квартире господина Мартинеса (Martinez), офицера в отставке. Это был не теракт, а несчастный случай в быту — из тех, что газеты того времени называли «неосторожностью»: кто-то чистил одежду бензином. Трое получили тяжёлые ожоги. Одна из них, юная домработница Фанни Амзаллаг (Fanny Amzallag), через три дня умерла. Ей было восемнадцать лет.

В то утро

В квартире бензином чистили юбку — так тогда делали дома многие хозяйки. Бидон стоял открытым, в нём был всего литр бензина. Пары разошлись по комнате, встретили пламя или раскалённую спираль, вспыхнули, и бидон взорвался. В огне оказались трое: мадам Мари Мартинес (Marie Martinez), сорока восьми лет, её сын Эмиль Шеррер (Émile Scherrer), тридцати лет, и Фанни Амзаллаг. По словам Le Petit Marocain, «их одежда превратилась в факел».

Помощь

Господин Мартинес был в соседней комнате с маленьким сыном. Он бросился на помощь, сбивал пламя одеялами и сам сильно обжёг руки и лицо. Ему помог сосед, господин Фернан Мейер (Fernand Meyer). Огонь потушили до приезда пожарных. Мадам Мартинес и её сына отвезли в клинику «Рузвельт», где перевязка заняла больше шести часов. Фанни Амзаллаг, пострадавшую сильнее всех, доставили в больницу Жюль-Моран (Jules-Mauran).

Фанни Амзаллаг, восемнадцать лет

Газеты пишут о ней немного. Её называют Фанни Амзаллаг — один раз Амсаллаг (Amsallag), — представляют как «юную марокканскую еврейку» и указывают её адрес: бульвар 2-го Стрелкового полка (boulevard du 2e-Tirailleurs). Значит, в Ассаяге она не жила, а приходила сюда каждый день на работу. В понедельник, 8 января, около одиннадцати вечера, она умерла от ожогов в больнице Жюль-Моран. La Vigie marocaine сообщила об этом на следующий день под заголовком «Юная служанка скончалась от ожогов».

Что писали газеты

О случившемся рассказывают пять заметок в четырёх газетах Касабланки. Они расходятся в подробностях; вот они в порядке выхода.

La Vigie marocaine, 5 января 1951 года, страница 4

Вечерняя газета дала новость в тот же день: «Бидон с бензином взорвался сегодня утром на третьем этаже дома на авеню Пуэмиро — трое тяжело ранены». В заголовке третий этаж, в тексте — пятый. Кто держал бидон, было ещё неясно: «мадам Мартинес или прислуга… пока никто не знает». По версии газеты, всё случилось в ванной, и сквозняк понёс пары к электрическому обогревателю. Страница на Gallica.

L’Écho du Maroc, 6 января 1951 года, страница 2

«Трое тяжело ранены при взрыве бидона с бензином». Газета повторяет версию с обогревателем, называет имена пострадавших и упоминает шесть часов перевязок в клинике «Рузвельт». Страница на Gallica.

Le Petit Marocain, 6 января 1951 года, страница 5

«Бензин у плитки — взрыв, трое пострадавших». Здесь бидон стоял на столе рядом с зажжённой газовой плиткой «Бютагаз», и газета говорит о «серьёзной неосторожности». Именно она называет соседа, господина Фернана Мейера, и заключает: «Ранения обеих женщин внушают самую серьёзную тревогу». Страница на Gallica.

Maroc-Presse, 6 января 1951 года, страница 4

«Взрыв бутылки с бензином — трое пострадавших, одна в безнадёжном состоянии». Газета относит случившееся примерно к половине девятого и помещает «юную Фанни» рядом с газовой плиткой. Мать и сын обожжены серьёзно, но тяжелее всех — она. Страница на Gallica.

La Vigie marocaine, 9 января 1951 года, страница 3

«Взрыв на авеню Пуэмиро — юная служанка скончалась от ожогов». Газета сообщает о смерти Фанни Амзаллаг, настаивает, что обогреватель стоял «больше чем в 4 метрах» от открытого бидона, и делает вывод: «Вот к каким страшным последствиям ведёт неосторожность, которую хозяйки допускают слишком часто». Страница на Gallica.

Четыре газеты — четыре версии

Если положить заметки рядом, они расходятся почти во всём, кроме самой трагедии. Этаж: третий в одном заголовке, пятый во всех остальных местах. Источник огня: электрический обогреватель у La Vigie и L’Écho, газовая плитка у Le Petit Marocain и Maroc-Presse. Кто чистил одежду — хозяйка или прислуга, — так никто и не выяснил. И тяжесть ожогов от газеты к газете разная. Одинаковы везде лишь имена, адрес и исход.

Чего мы не знаем

Мы не знаем, в какой квартире пятого этажа жила семья Мартинес и осталась ли она там после случившегося. О Фанни Амзаллаг мы не знаем ничего, кроме этих нескольких строк: ни имён её родителей, ни где она похоронена. Если вы из её семьи, из семьи Мартинес или Фернана Мейера или слышали о том утре 1951 года, напишите нам — мы дополним этот рассказ. Через два года дом пережил ещё один взрыв, на этот раз преступный: бомбу в сентябре 1953 года.

Источники: La Vigie marocaine, 5 и 9 января 1951 года; L’Écho du Maroc, Le Petit Marocain и Maroc-Presse, 6 января 1951 года (Gallica, Национальная библиотека Франции; ссылки выше). Цитаты — по распознанному тексту, сверять с изображением. Люди названы так, как их называла пресса того времени.